Застывшие стены. Немая картина. Глаза придавились. Ударило в спину.
Парящие в небе куски арматуры рождают лишённые смысла фигуры.
Клубящийся хаос бетонного смога вдыхаю на вздохе, летя невесомо.
Всё вмиг позабылось. Истории, мысли. Откуда я шёл? И, возможно, был близко
к тому, что исчезло в мгновение ока. Настойчивый вздор покорила дорога.
 

Четыре человека сидят за шахматной доской. Четыре войска. Можно создавать коалиции и перевербовывать фигуры. Сыграем?
 

Пробивает сквозь сугробы солнца луч. Почти февраль. На шершавом склоне проза развалилась в позе розы. Шапка. Сумка. Четвертак.

— Дайте руку! Вот зарплата. Заберите. Адрес дам. Не оставьте на морозе, а нито концы отдам.

Глядь, прохожий краснорожий на бумажку наступил. Наклонился осторожно. Подобрал, и след простыл.

— Братцы, где вы? В чём немилость? Где ошибку допустил? Я же к дому торопился и зарплату сохранил. Гляньте, вон и трезвый вовсе. Дайте руку. Эй, юнец! Кабы мог, — не потревожил. Что за люди? Вот, пиздец. Вот, замёрзну и погибну. Мелким шрифтом некроложь. Вот, тогда вы все проснётесь: "Эх, Егорыч. Пьян был, что ж." Я в завязке лет пятнадцать. Неужели не видать? Дайте руку! Поднимите. Брат же ваш, ебёна мать.
 

Когтями впившись в мёрзлый снег вороны сверху наблюдали за проносящимися издали да вдаль двуглазыми санями. И удивление выкаркивая вслед тому, что стужа, рыхлый снег и раннее вечерье не помешали кучерам с похмелья везти гостей за тридевять земель к вдове Устинье знатным первачком затариться в погоне за весельем.

И замерла зима, торжественно печалясь. Исход губителен. Бравадой упиваясь, летели в санях мертвецы: седоволосые купцы, крутые в чёрном пацаны, младая тёлка, губы раздувая. Летели все, промахиваясь рая.

Зато воронам благодать. На проводах. За рядом ряд. Крылами важно замечая, как снега хруст тихонько отмечает начало затяжного санепада. Веселья пробил час. Нежданная награда.
 

Жадность и пренебрежение собственными правилами. Как же часто я пытаюсь убедить себя в том, что в следующий раз всё будет так, как обдумал. Вот, вот, всё отлично. Всё по правилам. Соблюдаю и радуюсь. Настроение отличное. Отношение к людям позитивное. Абсолютное жизнелюбие. Внезапная слепота. Жадность. Проявление всего, что скрыто и незаметно самому себе. Думаешь, ты чист? Это неправда. Ты грешник. И у тебя всегда есть возможность исповедать самого себя. Лишь, попробуй соблюдать собственные правила. Привяжи их к чему-то, что будет следовать за тобой всё время и будет напоминать о себе. И ты увидишь, что соблюдать собственные правила не так-то просто. Грехи полезут наружу, как черви. Тренируйся, иначе ослепнешь.

Богомол обыкновенный (религиозный) — типичный хищник-засадчик, мимикрирующий под окружающие растения. Подстерегая жертву, малоподвижен, а при появлении её в пределах досягаемости захватывает передними хватательными ногами, удерживая между шипастыми бедром и голенью.
 

Вышел из бани.
Испарина. Хруст.
Поступью пячусь в сугроб, как Эльбрус.
На спину рухнул. Протаял. Дивлюсь.
Звёзды кружатся.
Уснуть, лишь, боюсь.
 

Все мы в иллюзорном мире плывём в худой лодке времени. У каждого есть весло и черпак. Каждый черпает своими силами и гребёт в свою сторону. Кто-то слышит рулевого, кто-то нет. Время течёт по лодке.
 

Мы видим двумя глазами объёмное изображение. И нельзя сказать, что объём исчезнет, если мы закроем один глаз. У пчелы два сложных глаза и три простых. Есть существа и чудеснее, но меня это не интересует. ...а вот что: Возможно ли нашему мозгу передать информацию с шести точек. То есть просматриваемый объект будет находиться внутри куба, в центре каждой из шести граней которого находится видеокамера. Не сомневаюсь, что возможно, но сможет ли мозг научиться совмещать информацию, как он это делает с сигналом от двух глаз? Не шесть картинок, а объект, как единое целое. Вот в чём вопрос, господа теоретики.
 

Овалы. Цилиндры. Лесная вырубка в утреннем тумане похожа на поле битвы. Пара стволов накренилась, сучьями в лес устремилась. Три лесоруба навстречу. Бой? Партия? Встреча? Древесная кровь пыльной взвесью воздух насытит смоляной смесью. Звоны гранёных удачу пророчат. Быль и небыль — какая встреча.

Несут реки потоки щепок со всех сторон в воронку единения. Берега переполнены много дней. Дыхание спёрто. Слёзы лгут на сыром ветру. Прыгнуть бы в лодку, но отвязаны многие, а до иных только вплавь. Видение размножает центры в едином орнаменте. Дыхание лёгкое. Ритм нормальный.
 

Любого за любое действие возможно как обвинить, так и оправдать.
 

Несовершенно.

Пренебрегая временем следим за затмением.
Системная дезориентация бросает в абстракции.
Открытый диалог игнорируя карабкается по стремени.
Ныряя в безвременье не остановит композицию.

Бредятина спотыкается, да шибко нравится.
Изменчивость покладиста, но никак не прославится.
И если с ней не справиться,
то ничего не достанется.
 

Так сказал один из персонажей Евгения Леонова: "Со мной происходит что-то ужасное, — доброе что-то."

Мне в новом году надо подобреть! А вам?)

Не ищите смысл там, где он не заложен.
 

Не скажу, что силён в политических хитросплетениях, но, все же, требуется уже оставить заметки на полях, ибо новости льются в уши густым соусом. Надо как-то это всё переваривать.

Хотелось бы заметить, что, очевидно, гражданин Навальный собрал инвестиции от желающих выйти из тумана, в качестве наживки раскидал для глубокомыслящей интеллигенции и голодных правдорубов антикоррупционные инструменты, привлёк сто тысяч зрителей и (!) проявился, как и ожидалось, в маске зверя. Публичные миллионеры-горланы полезли на сцену. А как же? Появилась возможность оставить глубокий след в истории. Чуть позже начали аналитическую часть мозга и интуицию подключать (вроде бы). Ну, Алёша, ты такой цирк соорудил, что Дю Солей и рекорды Гиннеса померкли. Особы умные пишут, что он стал "самостоятельным политиком" отмежевавшить от многих (в том числе олигархов-"спонсоров"), но, позвольте напомнить, что спонсоры в тумане, и дорогу выбирает не тот, кто рулит (каким бы молодым альфа-догом, или кем там ещё, он не был), а тот, кто платит.

Гражданина Удальцова усердно пытаются сделать иконой 10/24. Данный вектор нанизывает на себя всю политическую палитру, то есть провокация действует со знаком "минус". И стар и млад, все бегут спасать. Судебная система выставляется в маске дегенерата. Привычная схема для отвлечения от основного вектора (+).

Политические в "раковом корпусе" продолжают борьбу за финансовые потоки. Старые волки в привычной эйфории. Некоторые — в опасной, но вялотекущей. Много свежей крови. Спортсмены и артисты. Хочется пожелать им агрессивнее проводить ежедневные беседы, желательно, в полном составе и, уже, во благо общества (время шепчет). Желаю.

Да, и ещё...

Прохоров — толковый парень, но ему надо сделать 140 млн. визитов (к каждому, лично), чтобы завербовать к 4 марта. То есть, без чудес (титанической работы и нужных звёзд на небе) не обойтись.

Путин — сейчас не имеет значения, вор или не вор. Лидер, но чей теперь? Он наделал много ошибок, которые, как всегда, начинает подтирать перед выборами, то есть до этого что делал? Некрасиво, но привычно. Законы природы. Ну, вот простой пример: "ФАС оштрафовал очередную нефтянку" (регулярно происходит), но "нефтянка" собирала с народа эти миллиарды (и не надо нам рассказывать про адекватную/рыночную цену на топливо), то есть государство производит "легальный" отъём денег у населения. Тут, уж, извините, "но коментс". Про электриков всё понятно и так. Причём, не на этой неделе стало понятно, а давно. Сбор средств понятен. Стране нужны деньги. Но ты хотя-я-я бы спутники не топи с этими миллиардами (не умеем делать быстро, — не надо спешить). Опозорились на весь мир, как никогда. Список "крупных" можно продолжить...

Все остальные более менее весомые персонажи висят гирляндой на общей ёлке и здравомыслящий электорат уже не возбуждают. Но Родине они нужны и работать должны сообща.

Как говорится, — это был сухой остаток. Время "ссать в уши" прошло, господа "конформисты".

P.S.: неплохая статейка, почитайте: Десять способов манипулирования людьми с помощью СМИ (Ноам Хомский, "Rebelion", Испания)
 

Ты не поверишь! Здесь всюду пастели, и вата на крышах седьмую неделю, в саду, на деревьях. Дороги из мела, а реки из белого мрамора где-то. Все люди в одеждах, похожи на йети, как мы на рисунках видали в газете. Да, чуть не забыл, ты представить не можешь, что значит по-чёрному баня. Прогрели и веником били зачем-то, но было приятно и жарко, как дома и даже похлеще. А следом в ту белую вату с разбега ныряли, как в реку. И так многократно, пока не забылся, а утром проснулся, как новорождённый. Ты там не грусти, я приеду к тебе на неделю. А хочешь, и вместе поедем в лихие пастели.
 

От Камчатки до Калининграда
много мыслей в головах людей.
Даже вне привычного астрала
созерцаю души бунтарей.

Мне не нужно милости и гнева.
И в шаблонных фразах меркнет свет.
Я спущусь, подобно листопаду,
безразлично на ухабы лет.

Вот и снег окутал тишиною.
Чуть оттаяв жажду утолил.
Я ещё немного помечтаю,
раз на большее упадок сил.
 

Завтра вы найдёте аргумент для оправдания сегодняшнего неверия.
 

То и дело возвращаюсь к событиям в политической морально-нравственной плоскости. Возможно, это кому-то покажется бредом, но (мне же пофиг) в ближайшие полгода-год в мире произойдут глобальные структурные изменения (уже происходят), прежде всего, в головах участников социальной паутины (и их влияние на почти всех остальных). Качество новостей: твиттер >> быстрая новость из заголовка >> почитать подробно. Быстрое сравнение источников по всему миру. Новости всегда, когда не спишь. Качественное изменение потребностей в сторону улучшения, не смотря на отсутствие возможностей. Первое время происходит перенасыщение информацией и хаос (пренебрежение, вульгарщина, непотребщина и прочее), как и всегда бывает при любых иных недостатках чего-либо (как, например, свободной поэзии или голых картинок). Чуть позже происходит прямо противоположное апокалипсису (а не то, что некоторые желали бы поиметь на костях) — кластеризация человеческих душ по интересам, общим судьбам, политическим взглядам, которые уже обрели демократическую основу, которая, впрочем, может быть легко попрана всеобщим отключением электричества, что крайне маловероятно, учитывая новые технологии. Ну, разве что Боги изничтожат нас прежде. В противном случае сложно вообразить, что милый гаджет, вдруг, перестанет дышать. Эдакий new тамагочи, хранящий в себе все знания мира. Дающий возможность сказать "Здравствуйте!" такому количеству людей одновременно, скольких не вместит ни одна городская площадь. Более того, сказать любую фразу без цензуры. Написать свой апокриф всех времён и народов и быть низвергнутым гнусными троллями в бездну информационного шлака.

Эпилог негативный: Каждый сидит на своей куче мусора. Кто-то ещё сверху, а кто-то уже провалился и не видит ничего вокруг, кроме своего мусора. Каждый разглядывает каждую мусоринку. Каждый ищет смысл в каждой вещичке. Каждый рассказывает о каждой находке. Тот, кто сверху, — рассказывает тем, кто сверху. Те, кто внутри, — молчат. Все слушают шелест мусора, за которым не слышат.

Эпилог злонамеренный: Даже если всё будет общим, — оно в любом случае будет... Ты в союзе? Нет!? А почему? Не хочешь? Все не хотят, но здесь, а ты особенный и там!? Мы не допустим, чтоб ты был там и без нас! Ты что-то придумал? Так, значит... давай так: Я придумал, потом он придумал, потом ещё те двое, — они тоже кое-чем думают, — потом "Там" — тоже думают... та-ак... ну, вот, видишь, как красиво? А где же ты? Ну, ты же понимаешь, что с теми, кто "Там", не можешь быть в одном списке. Молчишь? Молодец. Понимаешь!

Эпилог обнадёживающий: Моська по-прежнему останется голодным и немым. Но пройдёт время, и зримые аргументы вытеснят слепые убеждения.

Эпилог: Алюминиевая вилка отличается дешевизной, легко мнётся, гнётся, моется и идеально подходит для столовых.
 

Невозможно запретить свершившееся.
 

Перельман проигнорировал очередную премию. Общество в восторге. Журналисты ликуют (махнули рукой). Ни один человек, который не в состоянии извергать в течение многих лет логически упорядоченные символы, не способен понять, почему он (Перельман) отказывается от "бабла". Как так?!

Его мозг питается новыми формулами. Любая бабка вам скажет, что судоку — охеренная тема. Для математика своя "гиперсудоку", которую не решить даже, если за дело возьмётся вся электричка. Мы едим мясо, овощи и фрукты. Перельман ест странные чёрточки из мела.
 

Идеальный закон гарантирует справедливый вердикт.
 

Всё куда-то собираемся. Бежим, летим, упираемся. Тревожимся. Прощаемся. Надеемся. Встречаемся. И нет этому круговороту ни конца, ни края. Хороший фильм показывают ночью — "Когда деревья были большими". Прекрасная музыка композитора Леонида Афанасьева добавляет цвет чёрно-белому шедевру. Нет, мода — это хорошо. Тренды. Сэмплы. Индустрия. Или это: кассовость. А как же душевность? А может она теперь "доставляет" и "забирает"? Но сейчас 1:44 (мск), и я хочу спать, но желание пересмотреть этот фильм перевешивает. В каждый кадр вклиниваются "...особо жирные кислоты...", "...подождите, ковёр должен высохнуть..." и снова Юрий Никулин (могло бы быть 90 сегодня) в берёзовой роще. Сальвадор Дали, думаю, мечтал о таких провокациях. А сегодня нам доставляют провокации на дом. Смотри. Провоцируйся. Креативь свой арт-хаОс.
 

Спой мне сказку, дядя, спой мне про Арбат и про Кресты.
Покажи талантов горсти. Развяжи узлы души.

Нас не надо исповедать, ибо кончились грехи.
Лучше карты все раскройте, как построить нам мосты.

Нарастает напряжение игнорируя тиски.
Прошивает белой лентой от проказы и тоски.

Но в немилости портные. Чую запах болтовни.
Карты, слышишь, ты открой мне. По-мужски заговори.
 

В программировании есть механизм "регулярные выражения" (regular expressions), частью которого является условие ("*", "+", "{n,}"), при котором возникает "жадность" квантификатора. Если не использовать ограничители ("*?", "+?", "{n,m}"), то квантификатор всегда, когда на то есть условия, будет максимально "жадным", то есть сколько будет, столько и "съест".

В биржевой торговле есть инструмент (stop loss), который ограничивает убытки, в противном случае жадность в ожидании разворота грозит такой потерей, какую продиктуют условия рынка.

В жизни есть механизмы, которые защищают ребёнка от перенасыщения жидкостью. Однако, многие взрослые теряют эту защиту руководствуясь собственной логикой "напиться впрок". Гипергидратация — избыточное содержание воды в организме или отдельных его частях. Является формой нарушения водно-солевого обмена. Клинически у больных появляются отёки на лице, ногах, развивается асцит, отёк легких и мозга.
 

Перенасыщение сахаром вызывает кристаллизацию. Изобретая инструмент удержания информации человек вряд ли был способен задуматься о последствиях метафизических изменений, к которым неизбежно приводит (сегодня это уже практическое, ежедневное, прогрессирующее) чрезмерное употребление информационных потоков, которые, не успевая перевариваться, ошмётками возвращаются в единое информационное поле (которое, очевидно, обрело способность к проявлению, то есть стало доступно всем) порождая очередные потоки. Но если при написании письма каждый способен на секунду остановиться, перевести дух, отрезвить воспалённость мыслей, то при обращении напрямую (через социальные сети) такая возможность утрачивается из-за скудной бдительности человека по своей природе. Защитные механизмы теряют способность оберегать их носителя от обратной волны не всегда позитивного отклика. Следует быть на порядок осмотрительнее.
 

Ещё вчера неведение, а сегодня откровение, но утверждающее, что уже позавчера всё было очевидно.

В свете последних событий задал себе вопросы:

1. Предыдущие выборы грязнее нынешних? (Намного.)
2. Социальная вовлечённость сегодня высока? (Как никогда.)
3. Откуда взяться чистому лидеру в процессе грязной эволюции? (Миссию ждём?)
4. Какие кто выдвинул конкретные предложения, кроме радикальных? (Никто. Одни абстракции и громкие лозунги.)
5. Чем 2012 год может быть похож на 1914? (Читаем. Думаем.)
...и ещё:
6. Что реально происходит с Президентом? (На лицо опасная тенденция необдуманных электронных записок.)
7. Почему сектанты не идут на открытый диалог, а ведут себя подобно шакалам? (Вопрос риторический.)

Моё сердце требует конкретики. А что требуют ваши сердца?

Play or pray, but don't fuck my brain anyway.

В небольшом, густонаселённом городке на окраине карликового государства стоит столбик с табличкой "Наши Земли". В ста метрах обрыв. В километре, по другую сторону — болото. Маленькая собачка облюбовала место. Старик безмолвно щурится на городской площади в ожидании автобуса. Мысли не переполняют его некогда затейливый мозг. Соцкреативность нынче без дедушки. Новые технологии.

Как много сделать мы мечтали.
Так мало было суждено.
Вот старый год уселся в сани.
Его запомним, как кино.

Весну запомни, лета краски.
Я осень в сердце сохраню.
Пришла зима. Мороз январский
рисует нам штрихом баварским
на окнах "Я тебя люблю!".
 

 

 

grossinfiger from the inland
try to fixett ineor

yarded ddinas
tallin finger
qually ines
to prior

incompatibaly prines
frully mines
kvazior

joidd rizmas
llorid ginas
morvin sinnas
izador

Восемьсот пятнадцать.
Триста сорок два.
Семьдесят четыре.
Двести двадцать два.

Триста тридцать девять.
Восемьдесят пять.
Сорок семь. Тринадцать.
Двадцать пять.
 

Прекрасное видение,
прости, что не был гением.
Упрямства помутнение
мой растворяет век.

Сквозь частые сомнения
влекут грехи в забвение.
Упёртое мышление
даёт надежды свет.

Лишь после восхождения
туда, где ветер северный,
разбудит возвращение
забытый силуэт.

Прекрасное видение,
я жду тебя терпением.
Моё изнемождение
заполнено до век.
 

Многодетный папаша,
я, ведь, зла не держу.
Не завидуй же воле.
Без царя мы в мозгу.

Свою честь не изгадив
насолил ты судьбе, —
сквозь чины и регалии
пролетел в неглиже.

И она, в благодарность,
уловив твою суть,
наградила короной.
Правь людьми как-нибудь.

Знай, разрушим мы вскоре
всё назло муракам.
Узурпаторов воли
поведём к палачам.
 

Предположим, что какая-то ёмкость, будь то банка из-под варенья, или тридцатиметровая цистерна на нефтеперерабатывающем заводе, — это какое-то дело, а деловые качества человека, которые призваны обуздать дело, — это... ...мм, ну, например, плащ-накидка. Не очень по сути, но чем-то схоже по форме. И, вот, если дело подходит человеку, как ему кажется, то он, как минимум, может накрыть нашу банку с вареньем. А огромная цистерна, сволочь, никак не накрывается. Тогда некоторые предприимчивые люди растягивают свои плащи, если начинка в цистерне, уж, очень привлекательная, накрывая огромного исполина и, вместе с бочкой, прикрывая целый букет своих псевдовозможностей, которые, при определённых условиях, обязательно будут нейтрализованы пунктом "Форс-мажор".

Что может быть лучше самого нужного вещества? — Ничто. Почему? — Ни одно вещество не сравнится с ничем. Ничто не имеет свойств. Нет свойств — нет качества. Будь вещество бесконечно расщеплено, — оно бесконечно приумножится. Его свойства станут ничтожными относительно минимально возможного качества. Изменится порядок отношений между частицами вещества, но частицы не исчезнут. Бесконечное расщепление вещества только увеличивает его. И не потому, что суммарный объем частиц вещества будет равен прежнему объёму до расщепления, а потому, что каждая частица породит бесконечное число углов обзора как каждой новой частицы вещества, так и по отношению к другим частицам. Ни одно из последующих расщеплений не обратит процесс увеличения внимания, кроме случая, когда частицы удалятся друг от друга так далеко, что каждая из них окажется в бесконечности, которая снова объединит все частицы в единое вещество, но к которому внимание будет в обратном направлении.

Короче говоря: представьте, что ваш фокус зрения не на объект-точку, а из центра объекта (изнутри) на его границы (одномоментно).

В океане камень. Мидия в разрезе. Незаметно жемчуг, выпадая, сгинул в береге песчаном. С ним волна простилась отступив в отливе. При великом зное ветер вскроет чудо. Серыми копытами под напором пожити проходящий караван вновь его утопит, на века закроет, но не уничтожит.

Спорила сирень с черёмухой, кто душистее, кто плоды даёт терпкие.
Развенчало их спор утро майское, да морозное.

В тёмной комнате есть чёрная кошка. Почему? Никто не знает границ тёмной комнаты. Нет границ в условии. Никто не знает, чем и сколько заполнять комнату, чтобы вытряхнуть из неё кошку. И никто не может понять, где внешние границы комнаты, чтобы, надавив на них, сломать ту комнату. Да и чёрная ли кошка, если в комнате нет света? Кто знает...

По снежной дороге, уверенно сопротивляясь встречному ветру, но не шибко торопясь по своим делам куда-то направлялся совершенно неприметный человек. Один из толпы, вдруг, оказался в центре моего внимания. Тысячи беспризорных человеческих, санных, собачьих, а, может, ещё чьих-то следов утрамбовали переливающийся на февральском солнце путь. Траектория, по которой перемещался пешеход, была, казалось, непредсказуема. Не от-того ли, что ему приходилось уступать дорогу встречным прохожим, шарахаться от трамвая, который непременно переехал бы глухого. Мой слышал. Иначе не получил бы, как выяснилось, задание зайти сначала в аптеку, в которой всегда чего-то не хватает из целого списка лекарств, что требует, в буквальном смысле, бурного обсуждения, деликатных предложений, а, иной раз, и до рукоприкладства дойдёт. Итак, мой говорливый дипломат недюжей физической силой отворил дубовую дверь и покинул это исчадие синтетических запахов здоровья. Через дорогу его приветствовал Главпочтамт. Заказан звонок на шестнадцать часов. Нельзя опоздать. Измученный торопыга совсем растерялся и забыв про всё на свете пошёл прямиком под... Однако, не будем давить несчастного санями. Ведь на другом конце провода его очень сильно ждут. Может быть даже сильнее, чем его собственное возвращение. Шестнадцать часов, седьмая кабинка. — Гриша, здравствуй дорогой! — то ли от мороза, то ли от радости сдавило горло — Здравствуй, Машенька! З-Здравствуй!

Органика камня в разрезе изящна,
но нет в ней историй, и логика мрачна.
Узорный плинтус. Гранитные стены.
Графита горсти рисуют сцены.
Отсутствие крыши.
И дождь чуть слышно смывает тени чудных искривлений.
Вновь обнажая вечные срезы мне предлагает холсты забвений.
 

Как часто я, сопротивляясь провидению, стараюсь сделать всё возможное и даже не всегда корректное по отношению к чему-то, кому-то, но, опять же, возможное, противясь исполнению неизбежного, но, как впоследствии оказывается, так обязательного, правильного, что спешу назвать глупостью прежнее упорство.

Интуитивно утверждая и подбадривая себя всё же склоняюсь к мнимому скепсису, который, как Дамоклов меч, висит над головой стращая пути переговоров с глубинами подсознания и, завидя неотступный путь развития, тут же засеиваю его плодами сомнений, которые мгновенно прорастают пуская корни подобно посачивающейся сквозь почву воде.

Оно такое близкое и очевидное, что противно вот так внезапно соглашаться не оставляя время малейшему осмыслению, дающему право выбора между плодами ошибок и единственно верным решением. Вот она — игра. А в каждой игре есть правила, просчёты, погрешности, воля случая, который не имеет ничего общего с провидением. Возможно, судьба — это и есть отступление от провидения, которое, говорят, смерти подобно. Но смерть неизбежна, какая бы она ни была, а воля выбора управляема, то есть управляема судьба. И ровно настолько, насколько позволяет фантазия против внешних, вынужденно или неизбежно соблюдаемых, запретов. Но заигрывая в судьбу легко сломать истинное предназначение, которое можно сложить из череды провидений, как исторический факт правильного отрезка пути. Затем сравнить с реально пройденным отрезком в надежде успеть скорректироваться, пока это ещё возможно.

 
Сегодня никто не мешает.
В прикиде на ужин не ждёт.
И я приглашать не желаю.
Коньяк раздавлю в Новый год.

***

Промок дождливой осенью упавший с дерева листок.
Плывёт по водной глади мутной заводи с прицелом на восток.

Звезда далёкая сквозь призму утреннего мрака
указывает путь маяча в отражении растопленного града.

И чуть небрежно, в качестве награды, подув, попутный ветерок расправил ссохшийся листок, сопроводив безмолвно к водопаду.